ХроникаПолитикаЭкономикаОбщество и культураСпортМнениеВ миреФото и видеоПротокол  президента

Грэм Уилсон об АДР: «Чем больше я узнавал, тем больше поражал меня этот период истории Азербайджана»Грэм Уилсон об АДР: «Чем больше я узнавал, тем больше поражал меня этот период истории Азербайджана»
Новое исследование британского автора: свежий взгляд на наследие АДРНовое исследование британского автора: свежий взгляд на наследие АДР
Рустам Ибрагимбеков и его фильм о том, что в бедах армян виноваты азербайджанцыРустам Ибрагимбеков и его фильм о том, что в бедах армян виноваты азербайджанцы

общество

Ректор Бакинского филиала Московского государственного университета, вице-президент НАНА Наргиз Пашаева награждена премией «Звезды Содружества»Ректор Бакинского филиала Московского государственного университета, вице-президент НАНА Наргиз Пашаева награждена премией «Звезды Содружества»
РетроспективаРетроспектива
В Нью-Йорке прошел концерт в связи со 100-летием АДРВ Нью-Йорке прошел концерт в связи со 100-летием АДР
Азербайджанский дирижер — в полуфинале международного конкурсаАзербайджанский дирижер — в полуфинале международного конкурса

спорт

Хабиб Нурмагомедов: «Большое спасибо Азербайджану»Хабиб Нурмагомедов: «Большое спасибо Азербайджану»
Педро Гама Фильо: «Советы Азербайджана очень помогли нам»Педро Гама Фильо: «Советы Азербайджана очень помогли нам»
Скандал в «Ла фурия роха»Скандал в «Ла фурия роха»
Сегодня стартует 21-й мундиальСегодня стартует 21-й мундиаль

Мнение

Перспектива людей с инвалидностью в обществе
08 февраля, 2012

«Год назад я вновь полетела в Америку с визитом, — рассказывает наша преподавательница госпожа Г.Гермес (которая вследствие несчастного случая  в детстве была поражена полиомиелитом, потеряла способность ходить и уже долгие годы передвигается с помощью инвалидной коляски). — В один день после очередной конференции мы с коллегами решили поехать в диско-клуб. Вход в дискотеку был удобно устроен, и я без проблем смогла войти. Однако, зайдя во внутрь, мы все были разочарованы, поскольку специально сделанная площадка для танцев находилась ниже на несколько ступеней, что соответственно создавало проблемы для нас. Один из моих коллег обратился к администратору с вопросом: «Почему нет специальной дорожки на танцевальную площадку для людей в инвалидных колясках?» —  на что тот, смутившись и извиняясь, ответил, что они не подумали о том, что люди с инвалидностью могут захотеть потанцевать. Однако он быстро смог решить проблему, позвав секьюрити, чтобы те перетащили наши тяжеленные электрические коляски на танцевальную площадку вниз. Через 2 недели администрация соорудила уклон, с помощью которого теперь и люди в инвалидных колясках могли спуститься вниз и потанцевать. Мы были приятно удивлены оперативностью решения проблем».

Хотя госпожа Г.Гермес без устали твердила, что такие примеры показывают, как четко американцы соблюдают законы и выполняют свою работу с чувством долга, все же это происходит не без проникновения и понимания прав людей. Соблюдая закон, люди делают первый шаг к приятию людей с физическими и психическими недостатками. Это также служит возникновению уверенности у людей с инвалидностью и создает им условия для включения в общество.

Существуют два термина, которые раскрывают суть понятия и сам процесс включения в общество. Это интеграция и инклюзия. Я бы хотела прояснить значение этих терминов и тем самым постараться озвучить точку зрения по поводу ситуации в нашей стране.

Итак, интеграция и инклюзия — это совершенно разные понятия, хоть они  тесно связаны и дополняют друг друга.

Дело в том, что интеграция людей с инвалидностью в общество — это привлечение их во всевозможные виды активности и деятельности с учетом сложностей, проистекающих как из их физической, так и психической неполноценности. Иными словами,  это построение специальных институтов для жилья, образования,  другие программы по обеспечению определенного уровня жизни  людям с инвалидностью. Так, интеграция в общество означает, что дети с особыми потребностями могут учиться в специальных школах (классах), где им будут преподавать особо квалифицированные преподаватели, заранее обучившиеся методам работы с такими детьми.

Интеграция  взрослых людей с инвалидностью означает приблизительно следующее: например, они могут жить со всеми остальными людьми с похожими проблемами в специальном институте (общежитии), где все здание —  его комнаты, кухни и проч. — оборудовано и сооружено в подходящей форме, так, чтобы люди, вне зависимости от своих физических и психических недостатков, могли бы удобно жить. А также при возможности предоставление личного ассистента людям с особо серьезными трудностями, который при необходимости  может находиться рядом все 24 часа в сутки. Однако такая услуга обходится недешево, и без материальной поддержки и без достаточного уровня развития системы личных ассистентов практически невозможна.

Инклюзия же — это понятие, включающее в себя не процесс построения отдельных школ, институтов, специальных детских садов и т.д., а наоборот, построение иной системы, которая могла бы быть подходящей для всех. То есть в процессе инклюзии дети с определенными физическими и психическими  недостатками  учатся со всеми остальными детьми,  а педагоги  также обучены и методике преподавания детям с инвалидностью. Инклюзия означает, что школы и другие институты образования должны заранее быть  оборудованы так, чтобы школьники/студенты с проблемами зрения,  слуха, иными  физическими или психическими недостатками  могли пользоваться всеми возможностями, предоставляемыми самим учреждением (библиотекой, компьютерным классом, спортивными залами и т.д.). Одним словом, инклюзия —  преобразование всей системы. И именно такая система нуждается в реализации во всех странах мира, в том числе и в Азербайджане, поскольку, на мой взгляд, это как раз одна из тех самых сфер, где однозначно нужно проявлять толерантность.

Естественно, инклюзия не ограничивается только лишь построением новой системы в школах или университетах. Это всего лишь пример, который может послужить пониманию этого слова. Тем не менее она должна фактически проявляться во всех областях социальной жизни.

Во время проживания в Литве я часто удивлялась количеству людей с инвалидностью, которых можно было встретить  везде. Вначале я искала причины такого большого количества в очень распространенной проблеме — в алкоголизме, сравнивая ситуацию с нашей страной и даже отчасти радуясь тому, что эта проблема у нас не сильно развита. Однако позже  поняла: дело было вовсе не в количестве, а в том, что эти люди так же активно участвовали в социальной жизни, как и мы. Их можно было встретить в университете,  магазинах,  очередях в банке и т.д. Будучи же в Азербайджане, я никогда не задумывалась, почему люди с инвалидностью очень редко (или практически никогда) не появляются на людях. А если подумать, то можно выявить несколько причин, объясняющих такое поведение.

Во-первых, улицы, здания и транспорт не приспособлены для людей с инвалидностью. То есть, если человек в инвалидной коляске захочет сходить в ресторан, а у его входа будут ступеньки вверх, соответственно, он просто-напросто не сможет туда войти. То же самое относится и к общественному транспорту. Для этого необходимо создать доступ к транспорту, открытым для населения объектам и предоставляемым ему услугам, а также к информационно-коммуникационным технологиям (например, вновь на всех каналах во время передачи новостей должны также участвовать ведущие, которые  будут использовать язык жестов для людей с проблемами речи и  слуха).

Во-вторых, само общество, сами люди не готовы проявлять должное понимание и уважительное  отношение к людям с инвалидностью. Это означает, что если человек в инвалидной коляске захочет пойти в клуб, заняться шоппингом или просто зайти в кондитерскую за десертом, он скорее этим привлечет особое внимание, возможно, даже шепот за спиной, что соответственно  негативно повлияет  на него, в итоге он просто забудет про эту идею. Отношение людей к инвалидам еще не сформировалось таким, какое оно на Западе, в более развитых странах. И дело вовсе не в том, что люди не проявляют эмпатию или толерантность, а скорее в том, что и социум, и сами люди с инвалидностью воспринимают такую ограниченность как чуть ли не конец жизни, которая раз и навсегда отделяет его от активного течения жизни. Не учитывается, что даже если человек потерял способность ходить, или лишился других жизненно важных органов, то он все еще может продолжать заниматься своей любимой работой, может, так же как и все, ходить в кинотеатры, посещать разные мероприятия и т.д. Все-таки у нас эти люди живут в отдельных приютах, куда мы ходим их посещать раз в году с благотворительными акциями, когда находим время. И исходит это отношение по большому счету из чувства жалости. Само проявление такой жалости — очередной показатель неприятия людей с инвалидностью как равноправных и полноценных людей. Это и есть сегрегация, фактически отражающая следующую мысль: «Ты не такой,  как мы, а значит — ты не из нас».

Безусловно, нельзя отрицать факт того, что в Азербайджане еще предстоит создать  более комфортные условия для того, чтобы люди с определенными физическими и психическими недостатками могли интегрироваться в общество. Отмечу, что  Азербайджан 9 января 2008 года уже подписал Конвенцию ООН о  правах инвалидов и этим взял на себя обязанность разрабатывать и осуществлять стратегии, законы и административные меры для защиты прав, признаваемых  Конвенцией, и отменить законы, постановления, обычаи и устои, которые являются дискриминационными.

Однако это не единственная сторона проблемы. Люди с серьезными физическими и неизлечимыми психическими травмами все еще изолированы от общества. Согласитесь, что трудно представить себе даже картину того, что в обычный детский садик будет ходить ребенок с синдромом Дауна. Первое, что рисуется перед глазами — это то, как другие дети в садике дразнят, брезгуют или избегают этого ребенка, потому что он отличается от них. И это в первую очередь психологическая травма для самого ребенка, который, естественно, больше не захочет появляться среди обычных детей.

«Мои невзгоды ничто по сравнению с тем, что испытывают 650 миллионов инвалидов во всем мире, которых избегают собственные семьи и от которых ограждается общество. Многие не могут получить образование, у них мало шансов найти работу, жить самостоятельно и полноценно участвовать в жизни общества. Не имея возможности быть самостоятельными, они живут на задворках общества, всеми забытые и вдали от человеческих глаз»,  — говорит Томас Шиндльмайр, помогавший координировать действия ООН по принятию новой Конвенции о правах инвалидов. Сам Томас Шиндльмайр передвигается на инвалидной коляске с тех пор, как в четыре года попал в автокатастрофу.

Все это написано лишь с одной целью — показать ситуацию с субъективной точки зрения и этим очень хотелось бы подтолкнуть к новым идеям и другому отношению. Необходимо учесть, что сначала мы  как общество должны быть готовы принять этих людей и относиться к ним с уважением, толерантностью и эмпатией, и тем самым поддержать и воодушевить включение людей с инвалидностью в общество в качестве таких же полноценных граждан, как и мы.

Айсель Султан,
психолог, магистр социальных наук
Германия, Нижняя Саксония

Страницы:

printerверсия для печати



Правила перепечатки   •   Обратная связь

Любое использование материалов допускается только при соблюдении правил перепечатки и при наличии гиперссылки на www.br.az. Новости, аналитика, прогнозы и другие материалы, представленные на данном сайте, не являются офертой или рекомендацией к покупке или продаже каких-либо активов.
Все права защищены © «Бакинский рабочий»