ХроникаПолитикаЭкономикаОбщество и культураСпортМнениеВ миреФото и видеоПротокол  президента

Грэм Уилсон об АДР: «Чем больше я узнавал, тем больше поражал меня этот период истории Азербайджана»Грэм Уилсон об АДР: «Чем больше я узнавал, тем больше поражал меня этот период истории Азербайджана»
Новое исследование британского автора: свежий взгляд на наследие АДРНовое исследование британского автора: свежий взгляд на наследие АДР
Рустам Ибрагимбеков и его фильм о том, что в бедах армян виноваты азербайджанцыРустам Ибрагимбеков и его фильм о том, что в бедах армян виноваты азербайджанцы

общество

Ретроспектива
Арестован иностранный  шпион — операция Службы  государственной безопасностиАрестован иностранный шпион — операция Службы государственной безопасности
Состоялось мероприятие на тему «За последние 15 лет независимый Азербайджан прошел путь поразительного  развития и прогресса»Состоялось мероприятие на тему «За последние 15 лет независимый Азербайджан прошел путь поразительного развития и прогресса»
В Мингячевире отметили 50-летие  Государственного драматического театраВ Мингячевире отметили 50-летие Государственного драматического театра

спорт

Фарук Мия: «Мне повезло с «Сабайылом»
Лига наций: Грузия ждет  сборную АзербайджанаЛига наций: Грузия ждет сборную Азербайджана
Алан Мильяччо: «Зизу» взял отпуск»Алан Мильяччо: «Зизу» взял отпуск»
Эмин Махмудов:  «Едем в Габалу за победой»Эмин Махмудов: «Едем в Габалу за победой»

Мнение

Алексей Власов: «Габалинская РЛС не является единственной темой в российско-азербайджанских отношениях»
20 декабря, 2012

Интервью 1news.az с генеральным директором Информационно-аналитического центра по изучению постсоветского пространства, заместителем декана исторического факультета МГУ, российским политологом Алексеем Власовым

— Как бы вы оценили 2012 год в плане урегулирования армяно-азербайджанского, нагорно-карабахского конфликта?

— Можно сказать, что в урегулировании конфликта возникла пауза, после того как прямое посредничество Президента России Дмитрия Медведева не привело к достижению желаемого результата.

Россия дала возможность другим посредникам, в частности, Евросоюзу,  более активно включиться в процесс.  Но и ЕС не смог предложить инструменты претворения в жизнь обновленных Мадридских принципов.

Поэтому я бы сказал, что 2012 год не принес каких-либо изменений.  Маловероятно, что эти изменения произойдут и в 2013 году,  потому что президентские выборы в обеих странах — не лучший момент для уступок и компромиссов,  а понятно, что без компромиссов на этом поле успехов достигнуто не будет.

— Какие ожидания в плане всего Южного Кавказа. Какие процессы здесь будут проходить в 2013 году?

— Я думаю, что год будет сложным. Еще раз подчеркну, что это будет год избирательных кампаний в Армении, Грузии и Азербайджане, еще плюс фактор возможного  конфликта  вокруг иранской ядерной программы, которая также может повлиять на ситуацию в Южно-Кавказском и Каспийском регионах.

Многое зависит от влияния внешних факторов, в частности, какую позицию займет Вашингтон в отношении Тегерана.

Эта ситуация (конфликт  из-за иранской ядерной программы) может взорвать весь регион, по крайней мере, негативно повлиять на стабильность и устойчивость его развития.

Динамика изменений, скорее всего, коснется прежде всего Грузии. Не думаю, что в Армении и Азербайджане произойдут какие-либо изменения во властных институтах.

Скорее всего, действующие главы государств здесь одержат победу на президентских выборах.

А вот в Грузии много интриг, и они связаны не только отношениями Иванишвили с уходящей элитой, окружавшей Саакашвили, но и с грузино-российскими отношениями, которые  недавно, после встречи замминистра иностранных дел Григория Карасина и спецпредставителя премьер-министра Зураба Абашидзе,  могут приобрести новую динамику.

На мой взгляд, некая стагнация внутри региона сохранится, никакого прорыва, скорее всего, не будет.

— Вы упомянули Иран. Существует ли вероятность того, что в следующем году будут нанесены удары по этой стране?

— Безусловно, такая вероятность есть. Но «точка невозврата» еще не пройдена. Есть шанс на то, что за столом переговоров можно добиться решения иранской ядерной программы.

И здесь многое зависит от позиции Ирана, насколько она будет гибкой и уступчивой.

Пока Обама еще не продекларировал новые внешнеполитические принципы своего второго президентского срока, поэтому стоит немного подождать. В феврале — марте ситуация станет ясной.

— Стоит ли ожидать улучшения российско-грузинских отношений?

— Безусловно,  возможно улучшение отношений в экономической и гуманитарной  сферах.

Грузинские вина и «Боржоми» вернутся на российский рынок, если не в 2013-м, то в 2014 году.

Вопрос в том, насколько положительную роль это сыграет для грузинской экономики, потому что в России нишу, которую занимали грузинские вина, заняли дешевые чилийские, аргентинские и новозеландские вина.

Потому что,  даже если мы откроем рынки, будут проблемы с продвижением брендов. Но все равно это будет шаг, свидетельствующий о нормализации отношений между двумя странами.

Будут развиваться и гуманитарные контакты. Что касается  политического уровня, то этот вопрос более сложный.

— Как будут развиваться азербайджано-российские отношения после приостановления деятельности Габалинской РЛС?

— Габалинская РЛС не является единственной темой в российско-азербайджанских отношениях, поэтому не стоит абсолютизировать  то, что переговоры фактически прекращены и проблема оказалась нерешенной.

Ну, не совпали подходы к определению цены, в этом нет ничего страшного, поскольку сотрудничество между Азербайджаном и Россией не исчерпывается Габалинской РЛС,  есть и другие направления.

Безусловно, желательна встреча между президентами Азербайджана Ильхамом Алиевым и России Владимиром Путиным для того, чтобы «сверить часы» и определить, в какой динамике и по каким темам в дальнейшем будут развиваться двусторонние отношения. 

Так что, я не абсолютизирую тему Габалы и считаю, что нет свидетельств похолодания в двусторонних отношений.

— Есть ли вероятность того, что Армения войдет в Евразийский союз?

— Очень сложный вопрос, потому что, по моему мнению, внутри армянской политической элиты нет единства по поводу участия  Армении в Евразийском интеграционном проекте.

Есть серьезные люди в окружении премьер-министра, которые считают, что  максимум интеграции для Армении, — это зона свободной торговли СНГ, так как     имеется желание развивать евроинтеграцию.

То есть, выстраивать  в рамках «Восточного партнерства» отношения с ЕС  параллельно российским.

Некоторые политики считают, что евразийская интеграция в такой форме, как Таможенный союз и единое экономическое пространство, будет создавать какие-то затруднения.

Поэтому идут серьезные дискуссии, и трудно предугадать, как они завершатся. Но сам президент Серж Саргсян из политических соображений в большей степени склоняется к возможности вхождения Армении в Евразийский интеграционный проект.

Эльшан РУСТАМОВ

Страницы:

printerверсия для печати



Правила перепечатки   •   Обратная связь

Любое использование материалов допускается только при соблюдении правил перепечатки и при наличии гиперссылки на www.br.az. Новости, аналитика, прогнозы и другие материалы, представленные на данном сайте, не являются офертой или рекомендацией к покупке или продаже каких-либо активов.
Все права защищены © «Бакинский рабочий»