Бакинский рабочий :: Мнение

Европейские автономии: единство через многообразие
10/07/2012

За долгие годы своего развития ведущие европейские страны смогли создать многообразные формы автономных образований, пользующихся различной степенью самоуправления для обеспечения защиты коллективных прав этнических, языковых и религиозных меньшинств.

По образному выражению Р.Лапидуса, автора книги "Автономия: гибкие решения этнических конфликтов", автономия - это "средство для диффузии полномочий, которое нацелено на сохранение целостности государства и уважение многообразия его населения". Именно такая автономия способствует преодолению издержек чрезмерной централизации и создает благоприятные условия для социально-экономического развития и сохранения этнической идентичности меньшинств. Европейская практика также свидетельствует о том, что эффективное перераспределение полномочий между органами управления всех уровней, использование согласительных механизмов принятия решений по вопросам, представляющим взаимный интерес, способствует формированию гармоничных отношений между этническими регионами и центром.

И хотя посредничество Минской группы ОБСЕ  пока не привело к видимым успехам в процессе урегулирования конфликта в Нагорном Карабахе, очевидно, что изучение европейского опыта имеет большое практическое значение как для Азербайджана, так и для Армении, т.к. позволяет конфликтующим сторонам очертить для себя основные контуры той формы самоуправления, которая может быть предоставлена этому региону.

В этом контексте особый интерес представляют такие автономные образования, как Аландские острова (Финляндия), Северная Ирландия (Великобритания) и модель Трентино - Альто-Адидже/Южный Тироль (Италия). Несмотря на различный исторический опыт, все эти европейские автономии объединяет ряд общих факторов, учет которых может оказаться полезным с точки зрения перспектив урегулирования конфликта в Нагорном Карабахе.

Во-первых, в состав этих стран, наряду с автономиями, обладающими особым статусом, входят также административные регионы с обычным уровнем местного самоуправления.

Во-вторых, все эти автономии фактически являются национально-территориальными образованиями, большинство населения которых принадлежит к этнической (культурно-религиозной) общине, являющейся, в свою очередь,  меньшинством в рамках всего государства.

В-третьих, с целью защиты идентичностей меньшинств эти автономии обладают правом самостоятельного формирования собственных законодательных, исполнительных и иных местных органов, проведения самостоятельной социально-экономической и культурной политики на местном уровне.

В-четвертых, каждая из этих моделей автономий постоянно эволюционирует, что приводит к динамичному перераспределению полномочий между центральным правительством и органами власти автономного региона, а также влияет на состав полномочий, относящихся к предметам их совместного ведения.

Следует также отметить, что конструктивную роль в становлении ряда европейских автономий и позитивном развитии конфликтных ситуаций вокруг них сыграли те соседние страны, которые, с одной стороны, в силу этнического родства поддерживали население этих автономий в их противостоянии с центром, с другой, строго придерживались основных принципов международного права. В частности, надо напомнить о взвешенной позиции Швеции, согласившейся с решением Лиги наций о принадлежности Аландских островов Финляндии, об отказе Ирландии от территориальных претензий к Великобритании после заключения в 1998 году т.н. "Соглашения страстной пятницы" по Северной Ирландии. Австрия, которая последовательно защищала требования немецкоязычного меньшинства Южного Тироля, в то же время с уважением относилась к национальным интересам и территориальной целостности Италии. После того как итальянское правительство, поддержав в 1972 году принятие нового статута региона, выполнило свои обязательства по защите прав своих немецкоязычных граждан, Австрия в 1992 году официально объявила в ООН о прекращении диспута по вопросу Южного Тироля.

Одновременно существующие модели автономий в Европе находятся в постоянном развитии, происходит их эволюционный процесс. Так, например, за более чем 90 лет, прошедших после возникновения Аландского вопроса, "Закон об автономии" этого региона менялся несколько раз. В частности, первый "Закон об автономии", принятый финским парламентом в мае 1920 года, но отвергнутый шведоязычным населением островов, после известного решения Лиги наций от 24 июня 1921 года был заново переработан.

В него вошел ряд гарантий, касающихся языка обучения в школах, права владения землей на Аландах, права голосования на выборах в местные парламент и советы, учрежден института губернатора, что, в конечном счете, способствовало признанию этого Закона со стороны населения Аландских островов. Затем "Закон об автономии" дважды пересматривался - в 1951 и 1991 годах - и утверждался парламентами Финляндии и Аландских островов.

Похожим образом развивалась ситуация и вокруг статуса автономного региона Трентино - Альто-Адидже/Южный Тироль. Первый договор, базирующийся на Парижском соглашении между Австрией и Италией от 5 сентября 1946 года (т.н. соглашение Грубера и Де Гаспери), в рамках которого был создан автономный регион Трентино - Альто-Адидже/Южный Тироль, был существенно изменен в 1972 году. В результате этого были найдены компромиссные решения, позволившие представителям основных языковых общин Южного Тироля совместно участвовать в работе политических институтов региона, обеспечивших равноправные отношения как между общинами, так и между автономией и центром.

Кстати, Соглашение Грубера - Де Гаспери действует до сих пор, т.к. является не только основой нынешнего статута Южного Тироля, но и составной частью мирного договора между Италией и союзными державами, которые в данном случае фактически выступают гарантами его выполнения. Этот факт сыграл большое значение в положительном развитии ситуации вокруг Южного Тироля, т.к. границы и Австрии, и Италии были зафиксированы рядом соглашений, принятых по итогам Второй мировой войны, и таким образом конфликтующие стороны были поставлены в жесткие правовые рамки. Несомненно, снятию противоречий в Южном Тироле также способствовала интеграция Австрии и Италии в единое надгосударственное образование - Евросоюз, повлекшее создание межгосударственного трансграничного объединения - еврорегиона, территория которого включает австрийскую федеральную землю Тироль и итальянский автономный регион Трентино - Альто-Адидже/Южный Тироль.

Надо заметить, что в отличие от Аландских островов с их практически однородным шведоязычным населением, ярко выраженная двухобщинность Южного Тироля и, соответственно, необходимость достижения консенсуса между двумя общинами при принятии важных решений позволяет рассматривать этот регион в качестве базовой модели для урегулирования конфликта в Нагорном Карабахе.

Элементы "южнотирольской модели" могли бы быть использованы в процессе урегулирования конфликта в Нагорном Карабахе, если бы Армения отказалась от абсолютно бесперспективной формулы: "территории в обмен на независимость". В этом случае в рамках альтернативной триединой формулы "территории в обмен на промежуточный статус, безопасность и экономическое сотрудничество" армянская сторона, несомненно, могла бы рассчитывать на определенную легитимизацию де-факто властей Нагорного Карабаха (при условии вовлечения азербайджанцев в процессы самоуправления в регионе), на подкрепленный международными гарантиями отказ Азербайджана от применения военной силы,  восстановление транспортных коммуникаций и полноценное вовлечение Армении в региональное сотрудничество.

При рассмотрении вопроса о возможности предоставления Нагорному Карабаху промежуточного статуса следует также учитывать, что процесс реального урегулирования этно-территориальных конфликтов в Европе растягивался на многие годы, в частности, в Южном Тироле на это ушло несколько десятков лет. Исходя из этого, представляется, что, именно в режиме "промежуточности" было бы легче всего сформировать четкие правовые процедуры достижения согласия в случае возникновения конфликта интересов, разрабатывать механизмы как взаимодействия между армянской и азербайджанской общинами Нагорного Карабаха, так и соответствующими органами самоуправления этого региона с правительством Азербайджанской Республики.

Одновременно полноценная реинтеграция азербайджанской общины в общественно-политическую и социально-экономическую жизнь Нагорного Карабаха должна создать благоприятные условия для проведения успешных переговоров об окончательном статусе региона. В понимании азербайджанской стороны, лишь решения, принятые в рамках такого равноправного диалога двух общин, могут считаться легитимными как в Армении, так и в Азербайджане.

Гюльшан ПАШАЕВА,
заместитель директора Центра стратегических
исследований при Президенте Азербайджанской Республики

http://br.az/mnenie/20120710013759718.html