ХроникаПолитикаЭкономикаОбщество и культураСпортМнениеВ миреФото и видеоПротокол  президента

Динамика и потенциал национальной  идеи  Азербайджана: от истоков до инновационного прорыва в глобальный мирДинамика и потенциал национальной идеи Азербайджана: от истоков до инновационного прорыва в глобальный мир
Грэм Уилсон об АДР: «Чем больше я узнавал, тем больше поражал меня этот период истории Азербайджана»Грэм Уилсон об АДР: «Чем больше я узнавал, тем больше поражал меня этот период истории Азербайджана»
Новое исследование британского автора: свежий взгляд на наследие АДРНовое исследование британского автора: свежий взгляд на наследие АДР

общество

РетроспективаРетроспектива
В Пекине состоялся концерт, посвященный азербайджано-китайской дружбе, организованный Фондом Гейдара АлиеваВ Пекине состоялся концерт, посвященный азербайджано-китайской дружбе, организованный Фондом Гейдара Алиева
РетроспективаРетроспектива
В болгарском университете состоялась лекция по истории и археологии Азербайджана

спорт

Азербайджанская сборная по дзюдо с одной золотой медалью стала шестой на турнире World MastersАзербайджанская сборная по дзюдо с одной золотой медалью стала шестой на турнире World Masters
World Masters c золотым оттенкомWorld Masters c золотым оттенком
Рагиф Аббасов: «Президент уделяет особое внимание социальному положению спортсменов»Рагиф Аббасов: «Президент уделяет особое внимание социальному положению спортсменов»
«Яркий атакующий стиль и огромная уверенность в себе позволяют причислить Шахрияра к фаворитам в Вейк-ан-Зее»«Яркий атакующий стиль и огромная уверенность в себе позволяют причислить Шахрияра к фаворитам в Вейк-ан-Зее»

Общество и культура

В свете раздумий
08 декабря, 2017

Эта книга — «Хади Раджабли. В свете раздумий» — сразу бросилась мне в глаза в одном из издательств, куда я зашла по своим делам.

Она только вышла из печати, и часть тиража стопкой лежала на столе. Как человеку творческому, журналисту, мне стало любопытно, как она написана. Начала с оглавления и сразу захотелось прочесть всю толстенную, почти четырехсотстраничную  книгу, настолько интересной она показалась уже по  интригующим названиям  глав и подзаголовкам. И дело не только в мастерстве ее автора — ныне покойного Камала Турала (Рахманова) — но и в насыщенной самыми разнообразными событиями, встречами с выдающимися и простыми людьми жизни самого героя книги — депутата Милли Меджлиса Хади Раджабли. Уже в процессе чтения возникло желание хотя бы в сжатом виде рассказать читателям газеты о неординарном пути худенького, русоволосого паренька из мало кому известного села Веравюль Ленкоранского района, ведомого не только судьбой, но и своей устремленностью к знаниям, к постоянному их пополнению, к тому, чтобы найти свое место в жизни,  прошел  терпеливо и достойно, выдержав испытания и лишениями, и карьерными взлетами на пути к высотам власти.

Настоящий сюрприз мне преподнесла глава, рассказывающая о журналистской деятельности героя книги. Оказалось, что он не просто «свой человек» в журналистском цехе, в его биографии есть и страница, связанная с работой   собкором нашей газеты…  Тут уж сама ситуация, «профессиональная солидарность» обязывает. Эта статья написана на основе талантливо написанной книги Камала Турала и краткой беседы с уважаемым Хади муаллимом, которого, пусть и с опозданием, коллектив «Бакинского рабочего» поздравляет с прошедшим юбилеем.

Все начинается с семьи

Во многих случаях это аксиома. С семьей Хади муаллиму повезло, точнее, с мамой, которая сыграла главную роль в его воспитании. Он сам свидетельствует об этом в своем посвящении книги двум главным людям своей жизни — матери и своему духовному наставнику Гейдару Алиеву. Вот отрывок из него: «Из нашего маленького дома, крохотного дворика в родной деревне Веравюль — в ленкоранскую жизнь, которая в детстве представлялась мне целой планетой, меня вывели мои родители, отец, в частности, мать  — известный педагог Фируза Беглярова!»

Фируза ханум — мать шестерых детей, старшим из которых был Хади, осталась в памяти многих знавших ее людей — учеников, как необычайно чистый, благородный человек. Достаточно сказать об одном лишь факте ее жизни, чтобы понять это даже не будучи лично с ней знакомым. Несколько десятков лет она преподавала в веравюльской средней школе биологию, а самый первый свой урок в ней провела в разгар Великой Отечественной войны — 1 сентября 1943 года.

Городская девушка, она могла бы работать в Баку, откуда семья переехала в Ленкорань после случившегося в семье горя (на войне погиб ее родной брат Рустам, единственный сын в семье), да и в Ленкорани, в более комфортных условиях, но   вместе с подругой  сделала выбор в пользу отдаленной, расположенной в девяти километрах от Ленкорани деревенской школы. Отец, Кербалаи Юнус Бегляров, прогрессивно мыслящий человек, с уважением отнесся к ее выбору, нисколько не препятствуя ее воле.  В дореволюционное время он был зажиточным купцом, судовладельцем, промышленником и меценатом. Он высоко ценил знания и мечтал дать своим детям европейское образование. С установлением советской власти все его имущество было конфисковано, благо он сам не был арестован. Будучи когда-то обучен своим отцом шапочному делу, он занялся этим ремеслом, чтобы прокормить семью. Он много  трудился, перенеся немало лишений и испытаний, но цели добился. Все его дети получили образование, и девиз всего рода Бегляровых — «трудиться и учиться» — стал основополагающим для всех его потомков, в том числе и для Фирузы ханум и ее детей, среди которых и ее сын Хади, четверо детей которого — двое сыновей и две дочери — получили хорошее образование. Старший сын — кандидат юридических наук, младший — финансист, старшая дочь — глазной врач, а младшая, посвятившая себя изучению английского языка, является кандидатом  филологических наук в этой области. Супруга Хади муаллима Мехрибан ханум носит звание «Заслуженный учитель Азербайджана», так что эстафета почитания знаний передается из поколения в поколение.

Не могу не вспомнить в связи  с этим известного азербайджанского просветителя Рашид бека Эфендиева, неустанно разъяснявшего в многочисленных своих статьях необходимость открытия школ для девочек, получения образования женщинами. «Без обучения женщин азербайджанский народ не сможет выйти на широкую дорогу культурного развития и прогресса». Он имел в виду ту роль, которую мать играет в начальном воспитании и развитии своих детей.

Годы спустя Фируза, будучи уже матерью шестерых детей, перенесет тяжелый удар судьбы, и с достоинством выдержит его.

В 15 лет — глава большой семьи

Так получилось, что отец семейства Раджабли стал жертвой клеветы и был вынужден на некоторое время расстаться с семьей, оставшейся без кормильца. Фируза ханум, как могла, держала удар, но шестеро детей, мал мала меньше, и старший среди них Хади... Могла ли она подумать, что он уже сызмала, с 12 лет станет ее опорой! Но именно так и случилось, хотя поначалу она, как и прежде, щадила его, сын продолжал ходить в школу, но обстоятельства заставили его рано повзрослеть. Как вспоминает друг детства, депутат, писатель Гусейнбала Мираламов, по окончании 6-го класса во время летних каникул они вместе с Хади мастерили ящики для отправки овощей в Россию, зарабатывая этим себе деньги  на книги и тетради, одежду и обувь. Мать тоже вынуждена была все чаще отправлять его с поручениями то на рынок, то в магазин за покупками, обязанностью подростка стал также уход за огородом и садом... Сама Фируза ханум, придя из школы, весь день была на ногах, выполняя бесконечную домашнюю работу. Однажды навестивший  ее племянник  предложил отвести Хади на хлебозавод. «Пусть работает в ночную смену, я поговорю с директором, ведь он наш родственник, примет во внимание возраст Хади и поручит ему работу по силам», -предложил он. Так,  еще будучи школьником Хади стал работать на хлебозаводе сперва  в дневную смену, а с началом школьных занятий — в ночную. Рабочие, впервые увидев  щуплого мальчишку, поначалу восклицали: «Совсем ребенок!» Основная его работа заключалась в погрузке хлеба в машины, сортировке буханок, затем складировании их в вагонетки и далее перевозке на склад. Через несколько месяцев, когда в мае 1964 года  Ленкоранский хлебозавод  перешел в новое здание, юношу перевели в хлебопекарный цех.

В его обязанности входило делать заготовки из теста.  Об этой работе и сегодня Хади муаллим вспоминает как о кошмарном сне. «Я вынужден был ни на минуту не отвлекаясь в течение восьми часов, несмотря на то, что в то время для подростков был предусмотрен сокращенный рабочий день,  без перерыва стоять возле транспортерной ленты, прикрепленной к установке, автоматически нарезающей тесто на заготовки установленного веса, руки постоянно должны были быть в движении. После этого еще идешь пешком ночью  по мокрой после дождя дороге в туфлях, пропускающих воду, приходишь домой и сразу ставишь их у печки, чтобы они до утра просушились, рано утром вновь идешь на занятия и так  — не один день».

Несмотря на это, школу Хади окончил с отличием, не считая двух четверок и, не откладывая, подал документы в соответствующий профилю его работы Московский институт пищевой промышленности, экзамены в который в те годы профессора института принимали непосредственно  в Баку. Плохое знание русского языка не помешало юноше сдать на отлично математику и химию, получить «удовлетворительно» по русскому и успешно поступить на заочное отделение, продолжая трудиться на заводе. Работа на хлебозаводе — особая страница  насыщенной многими событиями жизни народного депутата. В рабочем коллективе он учился трудиться, вырабатывать необходимые волевые качества, общаться с людьми, понимать их, ценить хорошее отношение (в коллективе к нему относились по-доброму, помогали постигать премудрости профессии). Он и сам ни в чем не давал слабину: был дисциплинированным, доброжелательным, шустрым в любом деле работником, и это несмотря на юный возраст. В 19 лет он был назначен заведующим складом взамен ушедшего в отпуск на длительное время сотрудника. Когда  учился на 3-м курсе, был назначен лаборантом-технологом и стал постигать тайны технологии хлебопечения под руководством опытных специалистов. Спустя время его перевели на должность бухгалтера, и здесь он успешно овладевал  новыми  знаниями. Был и еще один положительный момент: на заводе вместе с азербайджанцами работали и русские, общаясь с которыми юноша усваивал на практике и разговорную русскую речь, что облегчало ему общение с однокурсниками, помогало усвоению учебного материала.

Студенческая жизнь, длительное пребывание  в Москве во время сессий помогли значительно расширить кругозор, сформировать более зрелый взгляд на жизнь  и, что не менее важно, обрести новых друзей. В Москве Хади стал старостой потока, активным членом студенческого научного общества, благо способности к творческой работе у него были  и вполне закономерно, что институт он окончил с отличием.

Его величество случай

Это была судьбоносная встреча, которая  всегда происходит нежданно, негаданно, какой бы сферы жизни не касалась. Вот и в этом случае. Будучи в то  время секретарем первичной комсомольской организации, Хади и в выходные дни бывал на работе. Этого требовал и особый, беспрерывный режим работы хлебозавода, являвшегося одним из стратегических участков производства. Было время перерыва, и Хади просто прогуливался по заводскому двору, когда увидел остановившуюся напротив входа на завод черную «Волгу», из которой вышел мужчина в строгом костюме. Он прошел на территорию завода и, увидев Хади, сказал: «Судя по рабочему халату, вы здесь работаете...» Чувствуя, что перед ним какое-то должностное лицо, Хади представился и, выслушав просьбу мужчины помочь ему познакомиться с  производством, провел его по всем цехам, подробно рассказав о работе завода.

Через неделю весь завод уже знал, что на предприятие приходил сам первый секретарь  Ленкоранского горкома партии Иса Мамедов. Как раз в эти дни у Хади Раджабли завершился кандидатский срок для приема в партию  и, когда будучи вызван в райком, он встал, чтобы ответить на вопросы, Иса Мамедов его узнал. Он был принят в партию, а на следующий день его вновь вызвали в горком, чтобы сообщить — готово его представление на должность второго секретаря Ленкоранского горкома комсомола. Несомненно, это была инициатива Исы Мамедова, разглядевшего в 23-летнем комсомольце толкового юношу с организаторскими задатками.  Однако сам парень еще не понял важности момента. Оказывается, в Республиканском хлебтресте ему уже сообщили о намерении перевести его на  должность главного инженера-технолога Степанакертского (Ханкендинского) хлебозавода, и он жил в ожидании перемен, связанных с профессиональным ростом, ведь за семь лет работы на хлебозаводе, да еще учебы, он накопил знания, требовавшие своей реализации. Тем не менее он поехал в Баку, в ЦК комсомола на собеседование, и пройдя его, даже не поинтересовавшись результатом, вернулся в Ленкорань. Поднялся большой шум, оказывается он должен был вернуться с готовой рекомендацией и уже заступить на должность. Пришлось возвращаться в Баку. Так что судьба рассудила иначе, и в феврале 1971 года Хади Раджабли  был назначен на должность второго секретаря. Так Хади Раджабли  впервые  встал на политическую стезю. Он успел проработать всего несколько месяцев, как его призвали в армию. Сам  он принял это как должное, но Иса Мамедов, ценя его как комсомольского вожака, попытался воспрепятствовать, обратился даже к Гейдару Алиеву с просьбой посодействовать в отмене решении военкомата, но тот сказал: «Пусть едет, окрепнет, возмужает, наберется жизненного опыта». Так и случилось.

Встреча с Гейдаром Алиевым

Вскоре по возвращении из армии, Хади Раджабли был назначен первым секретарем Ленкоранского горкома комсомола. Перед этим  у него состоялась беседа с первым секретарем ЦК Компартии Азербайджана Гейдаром Алиевым. Излишне говорить, как он волновался, готовясь к ней. Ему казалось, что прошла целая вечность, прежде чем он вошел в кабинет и услышал живой голос руководителя республики. Гейдар Алиев попросил его рассказать о себе. Хади пересказал ему свою короткую биографию. Выслушав его, Гейдар Алиев сказал: «Ты, наверное, понимаешь, что должен оправдать высокое доверие, быть порядочным, добросовестным человеком, честно работать?» Волнуясь, Хади ответил, что умрет, но будет честно работать. Гейдар Алиев улыбнулся: «Погоди,  сынок, не умирай, нам ты нужен живым, лучше иди и как истинный настоящий руководитель комсомола хорошо работай». Эта встреча навсегда осталась в памяти Хади Раджабли, что-то в нем, в его внутреннем мире поменяв, не случайно в посвящении книги он называет Гейдара Алиева своим духовным отцом.
На новом витке времени, в звании депутата Милли Меджлиса Хади Раджабли продолжает свою деятельность в русле политики продолжателя дела своего отца, Президента Азербайджана Ильхама Алиева, уделяющего вместе с Первым вице-президентом республики, председателем Фонда Гейдара Алиева Мехрибан Алиевой большое внимание, наряду с укреплением азербайджанского государства, его прогрессом, сохранению национальных традиций, обычаев, развитию всех областей культуры.

Учеба в партийной школе, начало научной деятельности

Девиз семьи «Работать и учиться» особенно ярко воплотился в жизни Хади Раджабли. Так, в 29 лет он стал слушателем Бакинской высшей партийной школы, готовившей руководящие кадры для Азербайджана, Грузии и Армении. И здесь, как и в московском институте, в скором времени он стал старостой группы и одним из лучших, инициативных слушателей. БВПШ подарила ему возможность учиться у самых квалифицированных специалистов, ученых, стремящихся поделиться всем богатством своих знаний со студентами. Так Хади муаллим не забывает Эмилию Михайловну Корчагину, пробудившую у него интерес к философии (ныне у него богатейшая библиотека по этой науке), преподавателя политэкономии Нураддина Багирова, с которым он часто вступал в интересную полемику, с особой благодарностью — прекрасно владевшего азербайджанским языком Николая Лонгвиновича Поцелуева, посоветовавшего ему заняться научной работой. Этот совет пал на благодатную почву. Как говорит Хади муаллим, его всегда интересовала  деятельность ООН, и в те годы он взялся за подготовку диссертации на тему «Специализированные учреждения Организации Объединенных Наций», защита которой состоялась годами позже, поскольку в советское время номенклатурным  работникам это не разрешалось. В 1990-е годы, в период, когда он работал в Кабинете Министров, где руководил отделом, занимавшимся делами беженцев и вынужденных переселенцев, стали укрепляться связи Азербайджана с ООН, представители которой часто приезжали в Баку. Общение с ними, а также частые командировки в различные страны обогатили Хади Раджабли новыми знаниями и уже в 1993—1995 годы он был признан экспертом ООН по проблемам беженцев на территории СНГ.  Вновь взявшись за отложенную диссертацию, Хади муаллим дополнил ее новым материалом и защитил кандидатскую в 1997 году. Тогда же выяснилось, что в Азербайджане работа Хади Раджабли является первой кандидатской диссертацией по  политической науке и, по сути, он первопроходец в этой сфере. Появился стимул к продолжению научной работы. Докторскую диссертацию Хади муаллим посвятил теме «Трансформация и компоративный анализ социальной политики в АР»

Собкор государственной газеты

Вот уж о чем Хади муаллиму и во сне не снилось, хотя он владел словом и в период учебы в БВПШ публиковался в газетах «Вышка», вечерних — «Баку» и «Бакы», «Бакинский рабочий» (к этому своих студентов призывали преподаватели — бывший редактор газеты «Вышка» Имран Мирзоев и редактор газет «Баку» и «Бакы» Насир Имангулиев, говоря о важной роли прессы, являвшейся главной ветвью партийной работы), но по окончании БВПШ с красным дипломом  он был в ожидании организаторско-партийной работы в ЦК партии, по крайней мере до него доходили слухи о подобных в отношении него намерениях. Но в один из дней оба преподавателя подозвали своего студента и сообщили неожиданную новость о том, что, посовещавшись с руководством БВПШ, они решили направить его на практику в являющуюся органом ЦК компартии газету «Бакинский рабочий». Раджабли был обескуражен, ведь он «технарь» и мышление у него было, как он объясняет, «не филологическое, а производственное, деревенское», но главное — эта работа ему не знакома. И все же, как он думает, почему окончательный выбор пал именно на него, спросила я Хади муаллима.

— Видимо, они учли тот факт, что я вышел из низов, прошел жизненную школу, кроме того, для того, чтобы писать, надо иметь определенное мышление, а у меня по философии всегда были высокие оценки, да и по  ораторскому искусству учился с отличием, — говорит он. — И должен сказать, что из всех моих работ на различных участках, как вам не покажется странным, более или менее я горжусь тем, что работал собкором. Дело еще в том, что в то время планировалось впервые открыть корреспондентский пункт в южной зоне, а я как раз родом оттуда, ленкоранец, и, видимо, посчитали, что хорошо зная психологию этих людей, традиции, обычаи, я быстро справлюсь со своей журналистской миссией.

Хади Раджабли был направлен работать в  газету «Бакинский рабочий».

— Так складывалось, что днем я собирал информацию, а ночью писал статьи. Мне повезло, что моя жена — специалист по русскому языку и литературе, окончила в свое время филфак педтехникума имени М.А.Сабира и филфак БГУ, она  помогала мне по ночам в моей работе, лишая себя нормального сна. За все 45 лет совместной жизни мы с ней чаще всего спорили только в те два года, что я работал собкором. Я доказывал, что по-русски так пишется и говорится, а она доказывала обратное. С теплотой я вспоминаю заведующего  отделом сельского хозяйства Евгения Степановича Яковлева, который был моим наставником в журналистской работе, поправлял мои заметки, подсказывал, как писать, ему нравилась моя активность, желание освоить новую работу, тем более, что я умел находить интересную информацию, темы, разбирался в сути проблем деревни, сельского хозяйства, которые освещал в своих материалах, ведь они мне хорошо были известны и понятны.

В те годы газетные статьи играли серьезную роль в решении многих вопросов. Представьте себе, что первые секретари того времени не столько боялись критических публикаций в газетах «Коммунист», выходящих на азербайджанском и армянском языках, сколько публиковавшихся в газете «Бакинский рабочий», потому что она посылалась в Москву и ложилась на столы в ЦК КПСС. Поэтому, если мы писали о каких-то негативных явлениях, реакция была очень серьезной, чреватой большими неприятностями, и надо было дорожить честью газеты, тщательно проверять факты. Работая в газете, я получил огромный опыт.

Из собкоров — в председатели горисполкома

Это был редчайший случай, исключительное событие, но неслучайное. Как спецкор «БР» по южной зоне республики Хади Раджабли приобрел определенную известность, да и богатая его биография, ответственное отношение к любому порученному делу были достаточно известны в ЦК.

С большим уважением  к нему относился и первый секретарь Ленкоранского райкома партии Иса Мамедов. Он-то и объявил ему очередную неожиданную (которую уже за его молодую жизнь) новость: он назначается председателем Ленкоранского гор-исполкома. Это было началом нового этапа в жизни Хади Раджабли. На тот момент ему было всего 32 года и, наверное, это был самый молодой в Азербайджане председатель исполкома.

Ленкоранский регион в те времена был известен как «Всесоюзный огород», снабжавший овощной продукцией северные регионы СССР. Со времени прихода к руководству республикой Гейдара Алиева темп развития Ленкорани ускорился, росло число многоэтажных зданий, было развернуто строительство  микрорайонов, но новый председатель не мог не видеть ряда недостатков, отнюдь не красящих город, в который приезжали и туристы. Застройка города шла хаотично, наблюдалась анархия в строительстве гаражей, из-за чего город приобретал неряшливый вид, улицы меняли свои контуры и Ленкорань при этом теряла свой четкий облик. Хаос в жизнь горожан вносило и проведение траурных и свадебных мероприятий, когда установленные поперек улиц палатки и шалаши перекрывали транспортное движение, всего не перечислишь. Надо было менять всю эту неприглядную картину, поднимать культурный уровень населения и начинать надо было с установления во всем четкого порядка. Председатель понимал, что это будет нелегким делом, но отступить — значит предать родной город, а ему хотелось превратить его в образцовый центр района. Самым трудным делом был снос гаражей, среди владельцев которых были и его знакомые, друзья, и он знал, что будут обиды, недовольства, и понять их было можно, но и оставлять все как было, значит, способствовать культурному регрессу города. За два—три года руководства городом Хади Раджабли, проявив принципиальность и железную волю, не отступившись от задуманного, изменил облик города. Во всем этом ему в чем-то помог и журналистский опыт. Например, по его совету в городской газете  была открыта рубрика «Наш дом, наша улица, наш город», под которой публиковались результаты различных рейдов, критические статьи, письма горожан с предложениями по обустройству города. Был проведен и конкурс «Самый лучший двор», который положил начало массовому участию  ленкоранцев в озеленении родного города. Был заложен и фундамент дорожной инфраструктуры, но главное, люди почувствовали, что у города появился неравнодушный и энергичный руководитель, и это имело важное значение.
Чуть более двух лет проработал в Ленкорани Хади Раджабли, когда в ноябре 1981 года, незадолго до праздника 7 ноября, из Баку в командировку приехал Иса Мамедов,  в то время уже работавший секретарем ЦК Компартии Азербайджана. Приехал с неожиданной новостью — Хади Раджабли выдвигается на работу в ЦК. Он сообщил это во время праздничного застолья, хотя по негласным правилам подобная информация держалась в тайне по той причине, что стоило сообщить о чьем-то выдвижении, как с мест в ЦК начинали поступать анонимные доносы, клеветнические письма. Когда  Хади муаллим уже работал на новой должности, Иса Мамедов признался ему, что специально объявил во всеуслышание новость, хотел узнать, поступят ли на него подобные письма. «Ни одно письмо на тебя не поступило. Я рад, что никогда не ошибался в тебе», — сказал он удовлетворенно.

На новой должности Хади Раджабли проработал ровно два года, а  в декабре 1983 года уже был назначен на должность первого секретаря Шекинского горкома партии, тем самым в свои 36 лет поднявшись на  более высокую ступень власти в полном соответствии с накопленным опытом. И вновь с той же молодой и созидательной энергией приступил к преобразованиям, в которых нуждался древний край. Не было ни одной области жизни, которой бы они не коснулись. Строительство, промышленность, культура, спорт, социальная инфраструктура... При этом наряду со строительством жилых домов, промышленных объектов приходилось ломать стереотипы мышления, поведения, образа жизни, и в этой работе первый секретарь традиционно опирался на здоровые силы общества, прогрессивно мыслящих людей, без которых ни одно дело не сдвинется с мертвой точки, а силовой, диктаторский стиль работы никогда не был приемлем для Хади Раджабли. За пять лет его деятельности в Шеки были построены жилые дома, ряд важных бытовых объектов — новый, соответствовавший санитарным нормам базар, дом торжеств для регистрации брака в достойных условиях, а не в грязных подвальных помещениях, родильный дом, открыт Дом творчества для кинематографистов, другие социальные объекты, спорткомплексы, был открыт магазин спорттоваров, поскольку началась кампания по приобщению шекинцев к занятиям физкультурой, спортом. Хади муаллим занимался и такими вопросами, которые не каждому руководителю могли бы прийти в голову. Например, взялся за возрождение утраченного сорта риса, у которого был своеобразный вкус и аромат, особое внимание уделял научным исследованиям... Это была целая программа преобразований, новшеств. Было проведено столько интересных культурных мероприятий, вошедших в историю города, оставшихся в людской памяти. Все было прервано событиями ноября 1988 года, когда начались разрушительные процессы и свои руки к власти стали тянуть, мягко выражаясь, некомпетентные и нередко нечистоплотные люди. Хади Раджабли им мешал, возникшую угрозу для его жизни предотвратили верные ему люди, друзья.

«Политика — это борьба на ринге»

В период череды смены властей Хади Раджабли был приглашен Алишем Лемберанским на работу в отдел по работе с людьми, временно покинувшими свое постоянное местопребывание, затем руководил сектором, занимающимся гуманитарной помощью. Этой деятельностью он занимался вплоть до второй половины 1993 года, неоднократно выезжая в различные поселения беженцев и вынужденных переселенцев. Бывало, что попадал в тяжелейшие автокатастрофы, но пройдя лечение, вновь вставал в строй. После возвращения Гейдара Алиева к руководству республикой на ответственные должности стали выдвигаться профессионалы. Тогда, принимая во внимание богатый управленческий опыт Хади Раджабли, его назначили на должность заведующего отделом Кабинета Министров, занимавшегося решением проблем беженцев. В этот период Хади муаллиму посчастливилось неоднократно общаться с лидером государства, выслушивать его советы, наставления, тем самым вновь проходя ценнейшую школу политического профессионализма. Ныне вот уже многие годы он является депутатом Милли Меджлиса, председателем Комитета по труду и социальной политике, занимающегося разработкой социальных законов. Так же, как и в начале своего пути он работает с присущей ему энергией и самоотдачей.  Являясь доктором  политических наук, профессором Академии государственного управления при Президенте Азербайджана, он делится своим огромным опытом, знаниями с его слушателями.
К сожалению, при том, что вся жизнь Хади Раджабли прошла в трудах, активной деятельности  на благо народа, находятся люди, пытающиеся бросить тень на его работу, очернить как личность. Когда Хади муаллима спрашивают о его отношении к подобным наветам, он отвечает: «Политика — это война, это борьба, проходящая на невидимом ринге, где борцы наносят друг другу удары, но выигрывает всегда  тот, кто сильнее, на чьей стороне правда. Всегда  сильнее правда, рано или поздно побеждает она».
 

Франгиз ХАНДЖАНБЕКОВА

Страницы:

printerверсия для печати



Правила перепечатки   •   Обратная связь

Любое использование материалов допускается только при соблюдении правил перепечатки и при наличии гиперссылки на www.br.az. Новости, аналитика, прогнозы и другие материалы, представленные на данном сайте, не являются офертой или рекомендацией к покупке или продаже каких-либо активов.
Все права защищены © «Бакинский рабочий»